Сентябрь.
Осень чем особо примечательна? Тем, что её воспели все, кому не лень. Осень уже как кость в горле. Но я тоже хочу про осень. И я буду употреблять слово “осень” в каждом предложении. Банально, но я напишу про любовь. Буду краснеть, как подросток, вспоминая былое и, надеюсь, строго меня за это не осудят. Всё же хочется, чтобы проявление нормальных чувств воспринималось как присутствие души в теле, а не как признак лоха.
Радость моя. Прошел миллион лет с той поры, когда мы вместе смотрели на огни Дерибасовской. Многое произошло. Вот видишь, я всегда начинаю с банальностей. Но о погоде не буду. Мысли роятся в голове, дерутся друг с другом, но ни одна не можешь пробиться к сердцу и оформиться в поток сознания. Иногда мне кажется, что я болен Ничем. Это такая духовная болезнь, когда Ничто и Незачем постоянно воспроизводятся в душе. Между прочим, серьезная болезнь. Вот она и сейчас мешает мне собраться с силами.
Начну немного издалека. Ты помнишь, как мы с тобой зажигали звезды в соседней галактике? Я недавно был на той планете. Они до сих пор торгуют нелицензионными зажигалками. Я купил парочку и меня здорово зацепило. Однако, зажёгся только один тусклый карлик, он меня сразу не полюбил и отказался плодить планеты. Скандалить мне не хотелось, я немного выпил, потосковал по тебе и полетел домой. Но мне всё же удалось нацарапать пару слов в Книге Дней: “В былом таится то, что все желают видеть в будущем. Радость моя, ты знаешь, где можешь пристроить свои тапочки”.
Что там дни! Годы мелькают волнами. Иногда хочется выключить лицо, потушить глаза и замереть, раскинув руки, на воде жизни. Ощущая опасность снизу, насладиться теплым светом сверху, и плыть, плыть и плыть… А потом вдруг начать тонуть, кричать SOS в пространство и целяться за жизнь из последних сил, чтобы увидеть, как в последний момент Катенька-ангел втаскивает тебя на палубу белого кораблика, плачет, обнимает, трясет тебя и просит не умирать.
Вскоре после того, как я попал на другой берег (ты помнишь, это случилось пару десятков лет назад), я встретил старого друга, морячка Гену. Оказалось, он болен Смысломжизни, и болен давно, всерьез. Я в то время бродяжничал, зарабатывая на жизнь как придется. Он тоже умел зажигать звезды и мы с ним проговорили до глубокой ночи. Вылив остатки Трезвости за пределы разума, мы отправились к морю, тайком проникли на пляж и всю ночь пролежали на песке, позволяя Солярису омывать наши ноги. Стояла волшебная ночь, на горизонте были видны корабли грёз, где-то недалеко пели хором русалки. В тот день я сказал себе, что обязан написать тебе письмо.
Прости, каюсь, прошло ещё немало времени, прежде чем я взялся за перо и решился тебе написать. Уже и седина прокралась в мою густую бороду, а я все в той же нерешительности пребывал. Но, однажды, я проснулся от того, что Чувствовины с шумом ворвалось в мою комнату и пообещало приходить каждый день обедать вместе со мной. Раньше оно приходило редко, в основном, когда Трезвость покидала стены моего дома. Но, как говорится, всё течет, всё меняется…
Хочется предаться воспоминаниям и триста раз пожалеть о несделанных шагах, сказать, что был неправ в том-то и том-то, а прав был только в оценке собственной тупости. Ценность жизни, возможно и состоит в том, чтобы помнить и жалеть о неслучившемся. Каждый раз, когда можно было повернуть телегу в правильном направлении, я трусил. И ты знаешь, и, как я подозреваю, помнишь об этих секундах жизни, когда было проще сойти с ума. Тогда бы нас поняли. Тогда бы мы смогли.
Но, “фарш невозможно провернуть назад, и мясо из котлет не восстановишь”. По-этому, жалеть себя не буду, хотя очень люблю это делать. Надеюсь, что мое письмо застигнет тебя в хорошем расположении духа и ты его, все же, прочтешь, прежде чем воскликнуть: “Старый дурак!”. Прости ещё раз и за то, что после того, как я его написал, ещё долгое время не решался отправить сей продукт воспалённого мозга. Ибо, как я тебе уже говорил, страдаю от недуга. Конечно, надеюсь на ответное послание. Теперь Чувствовины забудет ко мне дорогу, зато Подруганадежда будет частым гостем за вечерним чаем с коньяком.
p.s. Мой добрый пёс совсем постарел. Он всё больше спит, и взгляд его становится всё более добрым и нежным. Каждый вечер, когда я сожусь с рюмкой чая у камина, он, прихрамывая на обе передние лапы приходит и ложится мне в ноги, повернув морду в мою сторону. Он тоже помнит тебя и скучает по тебе.
Земля неторопливо впитывала Солнце, отчего оно становилось тусклым и невыразительным. Сразу после того, как светило исчезло, по воде пробежали маленькие мечты, мы закинули удачу в угол и пошли кататься на лыжах. В ночи гораздо романтичнее делать снегу больно острыми лыжными палками. Вереница угрюмых, потеряных для легкой атлетики людей устремилась к лучшему через дикорастущий лес, совершенно не надеясь на то, что пойдет дождь. Мы разбились на три группы по шестьдесят человек, делая вид, что зайцы тут совершенно ни при чем.
Решение хорошо провести время в тот вечер возникло спонтанно. Залив сердца хорошим настроением, мы двинули в ресторан. Это три года назад было модно стилизовать кабаки под СССР, а на тот момент это считалось убожеством. Однако, светили фонари счастья и безудержно хотелось выпить. Именно тогда я оценил вкус “Сибирской короны”. Это не тот спирт с водой, что сейчас. Я купил стаканчик. Сделел три глотка и понял, что Япония, в целом, дружественная нам страна. Эти глотки длились надцать пол-литров и всё, что я знал тогда — это волшебный вкус настоящего пива. Навсегда, бля.
Жизнь началась на третьем этаже. Единственное окно показывало мир. Она видела небо, Он землю. Странно, но линия горизонта и содержимое за ней проходило мимо их взглядов. Даже мимо воображения. Остутствие музыкальной шкатулки пагубно влияло на Её цвет кожи. Она любила джаз, Он - трю блэк метал. Звон колоколов по утрам возвещал о начале суеты, пьяный скандал поздним вечером , в соседней квартире, об интимной стороне жизни. Которой почти не было. Фортиссимо давно позади, сфорцандо — очень редко. Деминуэндо к точке заката.
Годы проносило мимо, вождей сносило с пьедесталов, жизнь старела. Зеркало в доме стало ненужным. Единственное окно расплодилось до двух этажей в загородной вилле. Чего-то стало не хватать. Друзься давно обзавелись приличными знакомствами, обмен выгодными связями — в моде. Она страдала от избытка выпивки, он насыщался секретаршами. Жизнь по-прежнему чего-то стоила. По-привычке они здоровались по утрам и прощались по выходным. В клубе начали поговоривать о революции.
Они умерли на третьем этаже. Каждый в своём одиночестве. Она недолюбила, он поздно понял. Так и расстались. На том и порешили.
Наше детство проходило легко и счастливо. Вокруг были компьютеры, кластеры, стойки с серверам и горы носителей всякой информации. Что ещё нужно было для того, чтобы вырасти настоящими индейцами? Всего ничего — штука под названием “любимое занятие”. Дети, знаете, почему вымерла цивилизация кретинов в 21 веке? (”Они выбрали Пепси и смотрели MTV!”) Неправильно, дети, в них охладела любовь.
Рядом с нашим домом, всего в 50 километрах, располагалось взлетно-посадочная полоса для мелкогрузных шатлов. Они сменяли друг друга с периодичностью в 2 минуты вплоть до цифрового заката (так диспетчеры называли конец смены), после чего полоса пустела до самого утра. Спустя час на полосе появлясь киберптицы (”А? Что?! Кто это?! Отдай мой кластер!!! ААА!”).
Никто точно не знает, откуда они взялись. Однако, легенда гласит, что странные птицы, прилетающие на взлётку появились вскоре после банкротсва Intel, чьи заводы были демонтированы за ненадобностью. Как оказалось - демонтировано было далеко не всё. И на одном из заброшенных заводов зародилась новая жизнь - брошенные роботы начали вести скрытный образ жизни. Говорят, именно они создали первую киберптицу.
Мы часто прибегали вечерами на взлётку понаблюдать, как киберптицы подбирают осыпавшиеся с шатлов микросхемы и прочий мусор. Нам казалось, в этом есть что-то необычное, что-то такое, о чём всегда вспоминается потом с неким трепетом, как будто ты прикасался к великой тайне. Мы часто подкармливали их битыми модулями памяти и устаревшими процессорами SPARC, но они никогда не подпускали к себе близко и улетали, как только в воздухе растворялись последние пары отработанного топлива. Дети, это было чудесно!
- Следующий…
В кабинет вошёл странного вида человек, одетый в раздражение, испуг на лице выдавал совсем не детские внутренние переживания.
- Давайте вашу карточку.
- Вот доктор, возьмите.
- На что жалуетесь?
- Понимаете, сегодня утром я проснулся и впервые в жизни почувствовал…
Руки доктора дрогнули и карточка упала на стол. Больной сжался и прикрыл голову руками.
- Что вы сделали?
- Почувствовал…
Доктор вспотел.
- Вы понимаете, что вы говорите?!
- Да. Сегодня утром у меня был приступ нежности.
Санитары увезли больного. Доктор нервно курил у окна и думал об услышанном. Бросив окурок в отрытое окно, доктор неспешно направился в коридор… Какая нежность?! В двадцать первом то веке…
p.s. По мотивам известного произведения Рэя Бредбери.
Он был отличным парнем: всегда угощал за свой счет, никогда не грубил, не хамил, жил в мире даже с самим собой. Любил кататься на машине, не любил поезда и всегда боялся холода. Этакий монсеньер Бьенвеню нашего городка. Однако это не мешало ему ненавидеть свою жизнь больше, чем что-либо.
И вот, однажды, в очень теплый и светлый день, это случилось: к нему пришел Бог. С ящиком пива. Конечно же, хороший парень человеком был очень гостеприимным и любил, когда к нему приходили гости. Тем более, гости-небожители.
Разговор был долгим, говорили обо всем: о смысле жизни, о любви иненависти, о людях и ангелах. Хороший парень рассказал Богу о своей ненависти к жизни, о ее рутинности и убожестве, однобокости бытия. Hа что Бог с жаром начал объяснять зачем он создал человека, для каких целей и какой смысл онвложил в существование человечества, и в конце концов убедил хорошего парня в том, что жизнь прекрасна.
В этот момент закончилось пиво. И раздался звонок в дверь. Будучичеловеком очень тактичным, хороший парень всегда открывал дверь, всегда поднимал трубку звонящего телефона, так как боялся обидеть кого-либо своим невниманием. И в этот раз он открыл дверь , на пороге которой стоял Дьявол. С ящиком пива.
И опять потекла беседа бесконечной чередой споров, убеждений ипротивостояния. Хороший парень объяснил Дьяволу, как он был разочарован жизнью и как Бог вложил в его существование на Земле новый смысл. Hа что Дьявол, гневно фыркнув, начал объяснять хороше му парню, что все небесные существа лживы и прикрываются личиной добродетели, чтобы завладеть душами человеческими в собственных корыстных целях. Бог начал опровергать инсинуации Дьявола и завязался жестокий спор. Хороший парень не выдержал и, нагрубив первый раз в своей жизни, выгнал обоих из своей квартиры.
Спустя неделю в квартире обнаружили труп хорошего парня: врачи констатировали смерть вследствие отравления алкоголем. “Хороший был парень”, — произнес врач. — “Выносите”.
